Игорь Конышев: Необходимо проанализировать экономическую эффективность сохранения статуса каждого ЗАТО, в том числе и в Челябинской области

Из десяти закрытых административно-территориальных образований, относящихся к ведению госкорпорации «Росатом», три ЗАТО находятся на территории Челябинской области – Озерск, Снежинск и Трехгорный. Поэтому визиты на Южный Урал Игоря Конышева, начальника управления по работе с регионами корпорации «Росатом», происходят несколько раз в год. Для нынешнего визита оказалось сразу несколько поводов – проверка процесса переселения жителей села Муслюмово, заседание комиссий по сити-менеджерам в Озерске и Снежинске, и конечно, встреча с губернатором Михаилом Юревичем. О перспективах Муслюмово, ЗАТО и многом другом Игорь Конышев рассказал Агентству новостей «Доступ».

- Игорь Валерьевич, оправдывает ли себя система управления «закрытыми» муниципалитетами, которую вводит закон о ЗАТО: когда глава руководит представительным органом, а городским хозяйством занимается сити-менеджер?

- Наличие этого закона позволяет формировать более сбалансированную городскую власть. Муниципалитет получает очень неплохой инструмент управления. Пусть каждый занимается своим делом: у главы – представительские функции, а городским хозяйством занимается сити-менеджер.

Свою эффективность данный механизм уже доказал, и в ЗАТО ни у кого не вызывает отторжения.

Росатом также участвует в выборе кандидатуры сити-менеджера, делегируя в состав конкурсной комиссии трех человек. Это своего рода гарант, что главой администрации станет человек, в чьей компетенции мы не будем сомневаться. А мы заинтересованы в том, чтобы в городах, где находятся наши предприятия, ситуация была стабильной.

- Год назад в беседе с нашим агентством Вы выражали надежду, что ситуация в Озерске стабилизируется. Сегодня Вы довольны тем, что происходит в этом городе?

- Вполне. В Озерске ситуация уже после мартовских выборов стабилизировалась. Нам удалось снять все болевые точки. Нет того негатива, что мы наблюдали весь прошлый год. Надеюсь, что и дальше все будет спокойно.

- То есть болевых точек, а очевидно, что Озерск был таковой для Росатома, у корпорации больше нет?

- Нет. Были проблемы не только в Озерске, но и в Железногорске Красноярского края. Но и там все стабилизировалось после выборов.

- Через год в Челябинской области выборы в Заксобрание. Росатом заинтересован в том, чтобы в региональном парламенте были его представители?

- Если в Заксобрании будет работать наш представитель, и область этого человека поддержит, мы это только приветствуем.

- Кстати, о выборах. В ходе избирательной кампании со стороны некоторых политиков звучали призывы открыть границы Озерска. Такие лозунги имеют под собой какие-то основания?

- Решение об изменении статуса ЗАТО принимают не местные политики, и даже не Росатом, а президент Российской Федерации. И эта перспектива очень долгосрочная, точно не ближайших лет.

- То есть перспектива все же прослеживается?

- Прежде чем принять подобное решение, необходимо проанализировать экономическую эффективность сохранения статуса каждого ЗАТО, в том числе и в Челябинской области. К этой работе мы приступаем совместно с правительством региона и руководителями муниципалитетов. Ни для кого не секрет, что статус ЗАТО дает экономические преференции и помогает сохранять уровень бюджетной обеспеченности. Поэтому все необходимо взвесить, просчитать, учесть возможности градообразующих предприятий.

- Вы упомянули про возможности предприятий. Судя данным, что имеются на сегодняшний день, в наших ЗАТО с этим все в порядке. А тот факт, что завод 20 останется в Озерске, тем более внушает оптимизм...

- По этому поводу жители Озерска могут не волноваться. Вместе с тем, закрытые города, как и прочие муниципалитеты России, должны получить возможность развивать предпринимательство и инновационный сектор. Поэтому вторым нашим шагом станет разработка стратегии социально-экономического развития закрытых административно-территориальных образований, входящих в структуру Росатома.

- Одной из целей вашего сегодняшнего визита стала поездка в Муслюмово. Как Вы оцениваете работу, проделанную за минувшие четыре года.

- Работа проделана огромная, достижения очевидны и реальны. Село было достаточно большим, здесь проживало около двух тысяч человек. Осталось уже не более четырехсот жителей – почти все уже фактически сидят «на чемоданах».

- Не все! Некоторые отказываются уезжать категорически… Как быть с ними?

- Таких немного. Это несколько семей на улице Лесная и одна на улице Целинная. Если люди принципиально не хотят переселяться, мы не имеем права их оттуда выгнать. Решение о переселении каждый должен принять сам.

- А вот те, кто переехал в Новомуслюмово, жалуются, что в домах есть недоделки… Обои отваливаются.

- Между прочим, большая часть недоделок как раз по вине тех, кто слишком волновался по поводу переезда. Приняли решение, заложили фундаменты, стали возводить стены. По технологии фундаменты должны были отстояться, то есть «просесть». Но тут начались митинги, крики: «Ничего не строится, всех обманут, из старых домов выгонят, а новые не построят!» Стали торопиться, сдавать дома. И вот только теперь начинается «усадка», обои отходят. Плохо и то, что торопили, и то, что строители пошли у крикунов на поводу.

- Кстати, насчет митингов и криков. Недавно Фонд содействия переселению жителей села Муслюмово выиграл суд у партии «Яблоко». Повод для иска действительно был – «яблочники» распространяли информацию том, что люди гибнут во время переезда, что гонят их насильно, что взамен дают бараки по сорок квадратных метров. Как Вы относитесь к этому судебному прецеденту?

- Я вообще стараюсь не обращать внимания на тот поток лжи, который выливается на все, что связано с Муслюмово. Тем не менее, прецедент по иску защиты деловой репутации фонда есть, и то, что суд вынес решение в пользу фонда, говорит о многом. Это хороший прецедент, который показывает, чем на самом деле занимаются такие псеводоэкологи. А занимаются они популизмом, не стесняясь выдвигать самые нелепые аргументы. Столь нелепые, что суды против них выигрываются с легкостью.

Было бы неплохо, если бы правозащитники и псевдоэкологи, вместо того чтобы организовывать митинги, убеждали жителей, тех, что не хотят сейчас покидать старые дома, переезжать, а не оставаться в селе, основная часть которого скоро будет полностью снесена.

Беседовала Альбина Золотухина